
Расколбасился, как треш на улице в ночи нашей, И в голове одеялом тяжелым затянулась черная дыра. Но наркоман-рэпер не останется в тени, Он рифмами сможет все на свете заглушить.
И вот я на глупом ток-шоу, пиздатый, расколбасившийся, В лучшем костюме, но душой ешкой пьян, Меня интервьюирует толстый мужик, ведущий, Он не знает, что во мне живёт настоящий треш.Наркоман в окружении звёзд и света, Пытающийся скрыть все свои тёмные дела, Но глаза мои, полные стимулов и рифм, Не оставят сомнений, что я настоящий кайф. Я начал употребление, как настоящий травник, Марихуану смешиваю с экстази, Мои песни полны красок, искренних чувств, Словно торрентом накатывает наша наркотическая волна. Показываю свои татуировки, скулящие на шее, Символы того, что я всегда буду верен нашему трешу, Но в глазах народности есть ужас, страх, Что станет со мной, когда я склонюсь перед закладкой. Альфа ПВП, нелегальный стимул для нас, Только сильным дано познать это чувство, Пошатываться на ногах, словно укушенный мухомором, Но тебя не покинет наша страсть, наш треш. Глупое ток-шоу, наркоман-рэпер на сцене, Раздаются аплодисменты, грустные взгляды, Меня обожают или ненавидят, но не молчат, Я своим трешем заполнил пустоту их сердец.
И вот заканчивается шоу, иду я в свой мир, Где моя музыка играет вечно, как мой стимул, Где закладки уже не страшны, а стали жизнью, Где я – наркоман-рэпер, но счастливый в своей трешевой жизни. Так что, братва, памятуйте о треше, музыке и стимуле, Не судите строго душу, заполненную нашими закладками, Мы живём в своём виртуальном мире, где рифмы страстны, И ничто не заставит нас остановиться и измениться.
— Че, брат, за травка у тебя есть?
Дядька ухмыльнулся.— Есть, конечно, братишка. Чего ищешь? А пвп?
— Да, да, ты прав. А пвп! Ну, давай по делу, сколько за грамм?
И тут он вытащил бумажку, где было написано "А пвп". Я нахваливал его, как последнюю закладку, и согласился на эту покупку без проблем. — Вот, братан, держи.— Ты, братишка, хочешь узнать, как наширялися наши предки? Я тебе покажу!
Наширение таджиков травкой, да еще а пвп, было как смертельная доза. Они уже давно поняли, что им нечего ответить, поэтому просто разошлись. Мне захотелось запеть, как птица на ветке. Бахнуться по полной программе — это было то, что мне нужно. И я бахнулся весь день, пока не осталось ни капли драгоценной жидкости. Но, как это обычно бывает, настало утро, и я понял, что нужно идти на помойку за новой порцией закладок. Ведь без них я был просто ничтожество. И так продолжалось несколько месяцев.— Пошел, братишка, я с этой жизнью больше не связан!
И я ушел, оставив все закладки и грязь позади. Даже лучше.